Лента новостей
Все новости Тюмень
Прогнозы дня: на МосБирже вероятен отскок вверх после вчерашних снижений 11:39, Quote Продажи «Балтики» выросли во втором квартале на 10% из-за ЧМ-2018 11:38, Бизнес Сборная России поднялась на 21 место в рейтинге ФИФА 11:26, Спорт «Вышний Волочек» с «Калибрами» усилит группировку ВМФ у берегов Сирии 11:17, Политика Власти отказались продлевать договор аренды с петербургским «Мемориалом» 11:17, Общество 9 самых ожидаемых автоновинок года 11:16, Авто  Один за всех: как повысить эффективность работы, если коллеги в отпуске 11:05, Партнерский материал Необычные лофты Москвы, в которых можно устроить вечеринку 11:03, Недвижимость В Москве мужчина расстрелял двух человек и покончил с собой 10:49, Общество Турция выбыла из списка крупнейших держателей госдолга США 10:46, Финансы Вице-президента Федерации кикбоксинга отправили под домашний арест 10:45, Общество Renault представила вседорожный Logan для России 10:45, Авто Компания Худайнатова заявила о желании добывать уголь в Сибири 10:42, Бизнес Как создать социальный бизнес с постоянным платежеспособным спросом 10:41, РБК и Сбербанк Почему криптовалюта Ethereum Classic подорожала на 16% 10:37, Крипто «Ведомости» сообщили о планах «Яндекса» начать продажи своего смартфона 10:37, Технологии и медиа Русфонд приглашает на день своего рождения 10:36, Партнерский материал Зампред Внешэкономбанка Золотарев покинул госкорпорацию 10:34, Бизнес Рубль укрепился на открытии торгов на Московской бирже 10:31, Финансы Сколько стоит и что дает честная автоматизация промышленности 10:16, РБК и Schneider Electric Небольшой участок тюменской трассы отремонтируют за сотни миллионов 10:16  Чемпионат мира по футболу в России помог «МегаФону» увеличить выручку 10:09, Технологии и медиа Как сделать свой бизнес успешным: лайфхаки и подробные кейсы 10:07, Партнерский материал Роскачество рассказало о критериях при выборе школьных рюкзаков 10:03, Общество Полиция уточнила данные о числе жертв обрушения моста в Италии 09:57, Общество Ельцин, Сорос и мафия: что иностранные СМИ писали о кризисе 1998 года 09:55, Экономика Война чисел: почему рекордный бюджет Пентагона не так страшен для Москвы 09:53, Мнение Число пострадавших от передозировки наркотиков за день в США превысило 70 09:38, Общество
Собственники тюменского холдинга о споре со Сбербанком и новых партнерах
Тюмень, 26 мая 2017, 07:05
0
Собственники тюменского холдинга о споре со Сбербанком и новых партнерах
Официальное открытие завода ООО «Тюменьстальмост», на котором присутствовали Александр Забарскиий и губернатор Тюменской области Владимир Якушев   (Фото: сайт "Тюменьстальмост")

Совместное предприятие «Фоника», которой принадлежат тюменские предприятия ООО «Мостострой-12» и «Тюменьстальмост», испытывает серьезные трудности. Холдинг банкротит крупный государственный банк, а претензии к деятельности имеют множество компаний со всей России. Почему стороны не могут прийти к мировому соглашению, и кто может стать новым акционером предприятий, в интервью РБК Тюмень рассказали акционеры компаний Александр Забарский и Сергей Полевиков.

— Что сегодня происходит с вашими предприятиями?

Александр Забарский: Восстанавливаем холдинг для работы. У нас были разногласия с Сергеем Андреевичем, но в данной ситуации вражду нужно отложить. Если мы сейчас не будем пытаться отстоять компанию, то потеряем все. В первую очередь, людей. За плечами 17 лет совместной работы, необходимо выводить холдинг из кризиса.

— Из базы «Контур-фокус» известно, что вы ликвидируете компанию СП «Фоника» (20 апреля), «Тюменьстальмост» (19 апреля), «Мостострой-12» (12 мая). Что преследуете этим?

А.З.: Мы выходим из ликвидации.

— Отменяете?

А.З.:  Да. По «Фонике» и «Тюменьстальмосту». Постараемся эти компании поставить на ноги.

— Давайте поговорим отдельно о состоянии каждой компании. В частности, «Тюменьстальмост». Сегодня в арбитраже рассматривается дело о его банкротстве, иск подал Сбербанк. Расскажите, что случилось в ваших взаимоотношениях с кредитным учреждением?

Сергей Полевиков: У нас было три группы кредитов. Одна — собрана вокруг строительной части, которую объединяли «Тюменьстальмост» и «Мостострой-12». Вторая — гипсовое направление, третья часть — торговый центр «Монпансье» в Санкт-Петербурге.

Строительная часть в силу дополнительной нагрузки в виде концессионного проекта в Удмуртии просто не вытянула те платежи, которые надо было платить для обслуживания кредита. Гипсовое производство в Татарстане, которое должно было давать отдачу, по ряду причин (высокая конкуренция, падение рынка), не пошло.

Уже с февраля 2016 года мы начали вести переговоры о продаже или о перекредитовании данного проекта. То есть мы хотели снять нагрузку со Сбербанка и переложить ее на инвестора. Предполагалось, что это будет компания «Кнауф», «Сен-Гобен» или местная финансово-промышленная группа. Вот в рамках этого мы как раз вели переговоры, для облегчения конструкции холдинга. То есть хотели отцепить более тяжелое с точки зрения инвестиций и управленческих навыков гипсовое направление и сосредоточиться на строительстве.

А.З.: В гипсовый проект мы вложили от 5,5 до 6 млрд рублей. Из них 3 млрд рублей — собственные средства, 2,7 млрд — деньги Сбербанка. Рост рынка каждый год был 15-20%, но пришел кризис. Хоть продукция и была одна из самых лучших в РФ, но было сложно вписаться с новым производством в существующий рынок. А Сбербанк давил. В итоге мы в убыток списали 3 млрд собственных средств, а за долги группа инвесторов из Татарстана приобрела этот актив. Вроде финучреждение это успокоило, но ненадолго. Потом они опять начали искать нам инвесторов.

— Но уже на тюменские предприятия?

А.З.:  Да. Хотя у нас были договоренности. В частности, в октябре 2016 года Сбербанк предложил нам последнюю часть инвестиционного кредита под строительство завода «Тюменьстальмост» — 84 млн рублей — не выплачивать. Они сказали, что проведут реструктуризацию всего долга (1,8 млрд рублей). Подпишем документы и будем спокойно работать.

Прошло два месяца, и банк начал предъявлять претензии. Так как у нас все завязано на гарантиях и поручительствах, то весь холдинг попал под огонь, а все предприятия стали выставляться на продажу.

— У вас было какое-то предположение, почему ситуация так кардинально изменилась через два месяца?

А.З.: Думать можно что угодно. Но я вам скажу: мы предлагали реструктуризацию 1,8 миллиарда. Сбербанк продал наши активы, которые оцениваются в 1,3 млрд рублей, за 730 миллионов. Я говорю про «Тюменьстальмост», который был в залоге у банка, и «Мостострой-12». Банк объединил два актива и продал за 730 миллионов. Дисконт в 45%.

Почему госбанк, давая такие дисконты инвестору или покупателю, не может дать нам два года отсрочки, или уменьшить кредиты? Мы вытащим предприятие, оно будет работать, и зарабатывать деньги тому же банку. Но нет, они приняли решение, что лучше продать.

— Подождите. Я правильно понимаю, что два тюменских предприятия уже проданы?

С.П.: Мы говорим о том, что проданы права требования, связанные с кредитными линиями. И одно из прав требования обеспечено залогом имущества «Тюменьстальмоста». Поэтому задача новых инвесторов была следующей: через процедуру банкротства обеспечить реализацию того имущества, которое было заложено, а дальше, как пойдет. Я не знаю, что они планировали.

А.З.: Распродать имущество или остановить завод.

— Из официального заявления Сбербанка: «В течение последних полутора лет Сбербанком и бенефициарами группы Фоника прорабатывались мероприятия по оздоровлению бизнеса: долгосрочная реструктуризация, найдены покупатели на непрофильные активы группы, найдены соинвесторы в бизнес. За время переговоров ситуация усугубилась, так как из группы Фоника были выведены ликвидные активы, продана спецтехника, предоставлялась в банк недостоверная отчетность». Что бы вы ответили на такие достаточно серьезные обвинения?

А.З.: Сбербанк не только постоянно получал отчетности, но и проверял нас. Ни одной единицы техники не было продано, ни копейки не было уведено в сторону.

С.П.: Мы все-таки верим, что наши мягкие комментарии того, что сейчас происходит, говорят о том, что мы надеемся на сотрудничество с банком, а не на конфронтацию. Мы готовы разговаривать, но только на взаимовыгодных условиях, а не так, чтобы все мячи летели в одни ворота.

— Какие это могут быть условия?

С.П.: Есть пример спасения компании «Сибмост», когда банк занял очень конструктивную позицию. Если я не ошибаюсь, сумма долга у предприятия была порядка 5 млрд рублей, и они тоже были на грани банкротства. Но усилиями группы лиц часть долга была списана, какая-то часть долга была конвертирована в капитал, с условием, что по мере работы компании она будет выкуплена и капитал отойдет тем, кто и обеспечивает операционную деятельность предприятия. Мы готовы на таких условиях рассматривать предложения по реструктуризации долга.

А.З.: Кстати, сделка по «Сибмосту» проходила в основном офисе Сбербанка. А нашу сделку оставили в Тюмени. Надеюсь, что вопрос решится, и мы найдем выход. Наш долг около 2 млрд рублей, а активов, если продать, будет гораздо больше.

Когда мы разговаривали с инвестором, которого нам нашел банк, была договоренность, что он выкупает часть долга по договору со Сбербанком и дает в компанию «Тюменьстальмост» от 350 до 450 млн рублей оборотных средств. Этот разговор был при работниках финучреждения. Вы думаете, хоть копейку дали? Нет.

— А кого предложил вам Сбербанк?

А.З.: ООО «Экспател» Игоря Юзефовича.

— Топ-менеджеры банка заявляют, что акционеры «Тюменьстальмоста» затягивают рассмотрение дела о банкротстве в арбитражном суде. Это так?

С.П.: Сбербанк преследует свои цели. Для них ускоренная процедура банкротства означает мгновенную реализацию определенного сценария, который не понимаем почему, но им удобен. Мы защищаемся от реализации данного сценария. Но готовы садиться и договариваться, но на условиях, которые нам понятны.

А.З.: Сбербанком принято решение получить средства от покупателя и забыть про них. Решение других кредиторов их не интересует. А у нас ответственность перед всеми кредиторами. Поэтому мы хотим, чтобы была не ускоренная процедура банкротства, а пришел внешний управляющий, посмотрел и проверил, где мы допускаем ошибку.

— Какова судьба «Тюменьстальмоста»? Ранее, в интервью РБК Тюмень вы заявляли, что все силы бросите на спасение этого завода.

А.З.: Я и сейчас не отказываюсь от своих слов. «Тюменьстальмост» будет существовать.

В каком виде? Как завод — точно, как сложившийся коллектив, работающий там — тоже.

— А вы, как владельцы этого завода?

А.З.: Стараемся. Но скорее всего, поменяется доля собственности. И мы уже оговорили это с партнерами из Казахстаном, куда ранее отправляли продукцию. Они заинтересованы, чтобы предприятие осталось жить и работать, потому что выработка на заводе была одной из самых лучших в России и Казахстане. Поэтому мы приняли решение, что у нас будет совместное российско-казахское предприятие.

— И как это будет соотноситься с иском Сбербанка и их инвестором?

А.З.: Партнер не боится этого. Он говорит, что проблем нет и все вопросы решаемы.

— Сергей Андреевич, весной текущего года вы подали иск с требованием признать недействительным решение единственного участника «Тюменьстальмоста» о прекращении своих полномочий в качестве гендиректора. Из-за чего произошел корпоративный конфликт и на какой он стадии?

С.П.: Все исковые требования, которые я подал в рамках своего понимания развития событий, отзываю и приостанавливаю. Они совершенно бесперспективны, это упражнение для удовлетворения собственного самолюбия. Почему это произошло? В какой-то момент у меня и Александра Абрамовича было разное понимание стратегии развития компании. Но сейчас ключевая задача — сохранить работоспособность предприятий.

— Если говорить про «Мостострой-12», что сейчас происходит в компании? Она вообще функционирует, завершает проекты (например, путепровод Монтажников в Тюмени)?

А.З.: К сожалению, картина с «Мостострой-12» пока нехорошая. Существование его как строительного предприятия невозможно. На сегодня у нас остаются долги по заработной плате в размере около 40 млн рублей. Но мы рассчитаемся с людьми полностью в течение двух месяцев. В компании сейчас работаю около 20 человек, все остальные переведены в другие предприятия холдинга.

Если говорить про объекты, то контракты по незавершенному строительству расторгнуты. В частности, мы больше не занимаемся путепроводом по ул. Монтажников в Тюмени.

— Ранее вы заявляли, что компания станет банкротом через 2-3 года. Вы уже запустили этот процесс? 

А.З.: Сроки те же.

С.П.: Если посмотреть на банкротства такого рода больших компаний, они не ведутся за полгода.

— Недавно было решение апелляционного суда в пользу компании о возврате 1,7 млрд рублей от «Корпорации развития (КР). Вы получили эти деньги?

А.З.: Они подали кассацию и заблокировали решение апелляционного суда и суда первой инстанции. Новое заседание назначено на 20 июня.

Это бесконечный процесс, не знаю, вернем ли мы деньги. Страшно, что до этого времени может быть ликвидирована сама «Корпорации развития».

Этот вопрос должен был решиться давно. У меня есть письмо на имя генерального директора «КР», подписанное главами Тюменской области, Югры, Ямала (регионы — акционеры Корпорации) и уральским полпредом Игорем Холманским (документ есть в распоряжении РБК Тюмень). В нем есть требование провести экспертизу стоимости проекта и погасить задолженность перед нами без судов.

​— В целом какова сумма кредитных обязательств сейчас ваших компаний?

С.П.: Совокупная около 5 млрд рублей. Из них 1,8 млрд рублей кредит Сбербанк, все остальное в какой-то пропорции разбито между банком «Пересвет» и Татфондбанком.

— Алгоритм ваших действий сейчас?

А.З.: Нам бы не хотелось сейчас об этом говорить, потому что можно выдать информацию организациям, которые к нам не дружелюбны.

С.П.: Нас сейчас активно пугают, что мы развязали некие боевые действия против госбанка, а это никогда хорошо не заканчивается. Мы ничего не развязывали, мы открыты для переговоров, но на взаимовыгодных условиях. Такие примеры в практике госбанка присутствуют. Значит, алгоритмы есть, и они так же успешно могут быть применены к нам.