Перейти к основному контенту

Недвижимость

Для сдачи в аренду

получать пассивный доход

Для продажи

сохранить сбережения

На будущее

сформировать наследство

Тюмень ,  
0 

«В непонятной экономической ситуации - стройте дороги»

Интервью с замгубернатора Тюменской области Вадимом Шумковым о трудностях импортозамещения, возможностях сближения с Китаем, возвращении немцев в Россию, плохих чиновниках и универсальном рецепте выживания в кризис.
Фото: РИА URA.Ru
Фото: РИА URA.Ru

Разговор журналиста РБК Тюмень с Вадимом Шумковым, только начавшись, принимает неожиданный оборот. Ответ заместителя губернатора на вопрос о том, как в регионе проходят процессы импортозамещения и модернизации, сходу ставит в тупик. «На самом деле, чем чаще мы говорим об этом в СМИ, тем меньше остается реального содержания», - сообщает Шумков и начинает цитировать Булгакова.

– Профессора Преображенского помните? «Ну вот, запели… теперь отключат электричество, потом отопление, в сортирах полопаются трубы». Так и у нас, только если сказали модернизация –импортозамещение - начинается забалтывание реального содержания и того и другого.

– А оно у нас, вообще, когда-то было?

– Посыл был, перед прошлым кризисом. И какие-то меры были.

– Кризис тогда был другого рода.

– Вернемся к классику: кризис, он всегда в головах. И когда мы начинаем его классифицировать по категориям, родам и видам - это самообман. Да, природа и последствия кризиса 1998 года были чисто финансовыми - после дефолта ГКО и роста валюты, 2008 года - уже финансово-экономические, потому что, кроме взлета валютного курса, просела еще и экономика. А кризис 2014-15 годов смешанный: кроме финансовой и экономической подоплеки, он имеет и политическую составляющую. Потому, прорабатывая меры, нужно понимать, что есть своя специфика. Но вместе с тем главный посыл этого кризиса вот в чем: если длительное время не осуществлять масштабные инвестиции в инфраструктуру, в разработку технологий и создание огромного количества новых производств, то можно ожидать, что это будет повторяться постоянно.

– Хотите сказать, что в Тюмени что-то создавалось?

– В Тюмени - да. Я не скажу, что мы прямо такие умные и особенные. Конечно, есть официально «продвинутые» Татарстан, Калуга, Ульяновск. Но если даже взять данные из нашей официальной презентации, то с 2007 года построено 30 новых заводов. Это достаточно крупные для области предприятия, с учетом того, что промышленность Тюмени начала 2000-х годов – во многом составляли, по сути, полукустарные производства.

Тем более, если сравнивать нас на тот период времени со Средним и Южным Уралом - им от Советского Союза осталась масштабная промышленность, созданная в ходе прошлой индустриализации, Урал - опорный край державы. А здесь многие фабрики размещались по временному варианту, ведь юг области никогда не был по-настоящему индустриально развитым регионом. И когда появляются заводы «Тюменьстальмост», УГМК, «Сибур», Антипинский НПЗ, новый «Фанерный», Уватский промышленный узел и ряд современных предприятий иностранных компаний, становится очевидно: вот это реальная промышленность. Ее можно потрогать руками. Это раз. Во-вторых, она современная, в отличие, кстати, от того, что есть в других регионах. Ведь многое из того, что досталось в наследство от большой державы, уже доносили и доели. Это как раз о необходимости модернизации.

– В Свердловской области есть УГМК, УВЗ, ВСМПО Ависма и ПНТЗ, как минимум.

– Согласен. С таких, как Козицын, в Свердловской области нужно пылинки стряхивать, чтобы он как можно дольше прожил и в родную область продолжал так же масштабно инвестировать. Это действительно хороший пример. Потому что есть и другие примеры, когда все, что получено в порядке полубесплатной приватизации, доезживают, дожевывают и скидывают втридорога под жилую или коммерческую застройку. У нас тоже достаточно таких товарищей. И мы с ними друг друга откровенно не понимаем. Ты, конечно, волен жить, где угодно (есть такая модная фраза «я гражданин мира»), но завод строил не ты, а вся страна, работал ты через фирмы-однодневки, налоги платил через раз. И потому, когда приходит кризис, и людей, работавших на таких предприятиях, массово выкидывают на улицу, а сами бегут к государству за очередной порцией поддержки, - это совсем некрасиво.

Андрей Козицын 
Андрей Козицын 

– А когда в Тюмени началась модернизация?

– Мы больше используем понятие «индустриализация», и это не игра слов, потому что речь идет о создании большого количества новых промышленных производств. Одиночные проекты по одному-два в год начали вводиться в 2006-м, когда пошли объекты «Шлюмберже», по заводу (4,2 млрд рублей - вместе с тренинговым центром). Потом был завод «Очаково» (1,5 млрд), ближе к 2010 году - «Тюменьстальмост» (2,5 млрд), в 2011 году - «Стеклотех». Между ними еще были первая очередь фанерного завода и завод «Бентек». А за последние два года более двух десятков промышленных объектов «выстрелили» практически разом. В 2015 году два новых завода мы уже открыли, и готовимся до конца года принять еще пять новых крупных предприятий в копилку области. Индекс промышленного производства области на данный момент 113,3% к прошлому году, и это далеко не только нефть, потому что обрабатывающий сектор вырос на 117,7%. В Китае, для сравнения, рост - порядка 107%. Примерно такими цифрами мы и растем последние пять-семь лет.

– Продукция тюменских заводов идет только на внутренний рынок или на внешний тоже?

– Она и там, и здесь. Тот же фанерный завод сегодня до 80% отгружает на экспорт. «Сибур» с нового проекта много грузит на экспорт, многие планируют продукцию отправлять по странам СНГ и в Китай.

– А в Европу что-нибудь отгружаем?

– Отгружаем и в Европу, фанера идет, перфорационное оборудование, хотя в целом с Европой сложнее. Во-первых, Тюмень расположена ровно посередине страны, и железная дорога тарифами и скоростью не стимулирует активную работу ни с Европой, ни с Юго-Востоком. Но Европу трудно удивить. Сырья российского там и без нас хватает, тем более что в нем тоже есть вклад Тюменской области, а с готовой продукцией на европейском рынке сложновато и по условиям работы, и по сертификации. К тому же экспорт - не самоцель, если у вас на внутреннем рынке много импорта. Но после завершения некоторых проектов, надеюсь, увеличим поставки и в Европу.

– Зато иностранные инвесторы косяками идут в Тюмень. Чьих денег в процентном соотношении больше в проектах – российских или иностранных?

– Конечно, российских несопоставимо больше. Один проект «Сибура» - «Тобольск полимер» - стоил около 100 млрд руб. (почти 63 млрд сам завод и 37 млрд - инфраструктура). Новый мегапроект «Сибура» - еще более 300 млрд, «Антипинский завод» - почти 150 млрд руб. В то время как те же «Шаттдекор» или «Бейкер Хьюз» – всего по 1-1,5 млрд.
С одной стороны, всем ставят на вид, что должно быть много иностранных инвестиций, с другой - у Калуги сейчас иностранные инвестиции составляют, по-моему, 64%, и я бы не сказал, что это исключительное благо, к которому нужно стремиться.

– А что в этом может быть хорошего?

– Если иметь в виду их как исключительный приоритет, у меня такой же вопрос. Никто за нас нашу Родину не разовьет, и мы большинству иностранцев интересны лишь как рынок сбыта. Потому нужно четко понимать, что вы хотите от них, приглашая к себе. Мы рассматриваем иностранных инвесторов не столько в финансовом плане, сколько подтягиваем их, скорее, ради технологий и появления отраслевого стандарта в организации бизнеса. У многих из них действительно есть чему поучиться. В первую очередь речь идет о тех отраслях, где у нас нет своих компетенций либо где мы безнадежно отстали, – там нужно некие «флажки» поставить, показать, как надо делать, как правильно работать. Причем даже такой подход вызывает приступы лжепатриотизма и популизма. «Шлюмберже» была первой крупной иностранной компанией, зашедшей в Тюмень, потому возникали заявления, что у нас идет «шлюмберизация» в экономике. Вместе с тем есть сухая статистика и факты. «Шлюмберже» инвестировала в Тюменскую землю 4,2 млрд российских рублей, а вы? А вы, как нередко на практике бывает, получили советское еще предприятие почти даром, выжали его как лимон, не реинвестируя ни рубля ни в здания, ни в оборудование, ни в людей. «Шлюмберже» трудоустроило почти 700 жителей Тюменской области, и платит им «белую» зарплату, а вы? Тишина. Иностранцы не работают через «фирмы-поганки», и их налоги идут на строительство наших дорог, детских садов, школ, оборону, у них безопасность, а как у вас? Снова тишина. Так кто, в итоге, больший патриот? В моем понимании патриотизм - это не красивые слова и махание национальным флагом, а исключительно практические действия, направленные на реальное укрепление и процветание твоей страны и края.

– Есть примеры, когда тюменские компании, насмотревшись на технологии, принесенные иностранным инвестором, организовали собственное производство с собственными технологиями?

– Жизнь заставляет. Когда иностранные компании заходят, в отрасли нередко возникает более жесткая конкуренция. Ты вынужден сам такие же технологии либо приобретать, либо изобретать. Когда тот же завод «Бентек» появился, российские компании начали двигаться и заниматься производством буровых установок более серьезно. Завод БКУ вкладывает более миллиарда рублей, делает у нас буровые установки, и они будут дешевле, чем «бентековские», что создаст им преимущество в своей нише продукции. Немало иностранных технологий, переиначенных под наши нужды в переработке. Не скажу, что есть прямое заимствование у «Шлюмберже», но однозначно есть ужесточение конкуренции, что тоже иногда помогает. Кроме того, эта компания показала, как надо работать с кадрами. Часто бывает на практике, когда работодатели говорят, что людей нет, работать никто не хочет, с образованием все плохо. Да, есть такой момент. Но есть и другой вариант развития событий - когда ты вкладываешь три миллиарда кровных рублей в создание центра компетенции, прокачиваешь через него несколько тысяч человек в год со всего мира и показываешь пример – делайте так же. Кто ж вам-то запрещает? Кроме того, абсолютное большинство иностранных инвесторов почти не получали господдержки – в основном обошлись незначительными налоговыми льготами и административным сопровождением. Наши же машиностроители ежегодно получают значительные средства. И ожидания того, что государство должно помогать им и в дальнейшем - не снижаются. Менталитет. Иной раз он является самым сильным ограничителем развития, сильнее, чем отсутствие средств или нехватка технологий.

При этом понятно, что компания «Шлюмберже», как и любая другая, может быть не подарком: у нее, как у хозяйствующего субъекта, стремящегося к получению прибыли, есть совершенно разные аспекты деятельности.

– Я правильно понимаю, что примеров, когда мы перенимаем зарубежные технологии, - единицы?

– Если вести речь о прямых производственных технологиях, которые создаются именно у нас, то да. Чаще просто закупаем оборудование и технологии в комплекте, адаптируя их к своему производству. Со своими технологиями ситуация печальная. Кстати, говоря про импортозамещение, я считаю, что в том виде, как оно в данный момент понимается, - оно не является полноценным. Раньше вы просто покупали импортную продукцию, а тут ее стали производить в России. Но на чем ее производите? На импортном оборудовании, потому что отечественных качественных аналогов крайне мало. По импортным технологиям, потому что у нас также крайне мало технологий. И с импортной начинкой, особенно если речь идет об «умных» или сложных комплектующих. Тогда это не импортозамещение, а простая локализация, и надо четко отделять одно от другого, не вводя самих себя в заблуждение. В том числе и при формировании различных программ и планов. Потому, когда вскипает очередная волна желающих поговорить про импортозамещение, необходимо уточнять: «Где российские технологии и российское оборудование, на которых вы будете замещать импорт?».

Фото: URA.Ru

Мы уже давно убеждаем наших коллег из профильных министерств в том, что необходимо формировать план технологического развития страны хотя бы до 2020 года. Выделить в нем две группы технологий. Критично важные – то, без чего страна не может жить, такие как оборона, космос. И приоритетные - где экономика может «выстрелить» в ближайшие пять-десять лет. Надо сформировать пятилетний план, увязать его с бюджетами всех уровней и размещать масштабный заказ на разработку технологий как внутри страны, так и за рубежом, потому что мы должны перестать стесняться и честно сказать, что отдельные направления технологического развития у нас просто некому разрабатывать – либо нет инфраструктуры, либо есть риск, что все заболтают. Может быть, и остались какие-то оболочки, НИИ, названия, но то, что есть, не всегда дееспособно. И потому надо не стесняться при размещении такого заказа допускать к нему и иностранных разработчиков, у которых есть необходимые компетенции и ресурсы.

Второе. Мне кажется, вместо массового приобретения дорогостоящих спортсменов-тренеров-экспатов лучше покупать на эти средства инженеров и технологов, носителей конкретных компетенций, которые будут здесь у нас разрабатывать и внедрять технологии вместе с нами. Причем, если брать стоимость за единицу, то за сравнительно меньшие деньги, но с гораздо большей пользой. Как это было в 30-е годы, когда американские и немецкие инженеры строили наши заводы. И тогда, несмотря на гораздо более жесткую международную ситуацию, советская власть использовала технологический потенциал других стран. Так и сейчас - ничего в этом постыдного нет. Более того, сейчас условия гораздо более комфортные с точки зрения финансирования и инфраструктуры нежели тогда, после разрушительной Гражданской войны в аграрной стране.

Необходимо также приобретать контроль над иностранными компаниями, которые обладают запатентованными технологиями. Причем не «Интел» или «Эппл», капитализация которых исчисляется сотнями миллиардов долларов, а маленькие и средние предприятия - восходящие «звездочки», которые что-то разработали, но еще не поняли ценности того, что именно они имеют.

- Вы имеете в виду иностранные компании?

- Безусловно. Надо давать им российскую резиденцию через приобретение контрольного пакета на уполномоченные российские структуры. И если вдруг нам запрещают это делать напрямую, то давайте делать это через третьи страны, где у нас есть торговые представительства. У нас 51 торгпредство по миру – у этой системы мощнейший потенциал, который должен быть задействован в достижении двух показателей – роста экспорта российской продукции несырьевого значения и инвестиций в российскую экономику из страны пребывания. Надо всю эту систему разворачивать на максимальную пользу Родине.

Но вот чего не любят люди, занимающие либеральную позицию, так это слово «план». Почему-то они его боятся, как черт ладана… Президент сказал на последнем питерском форуме, что необходимо внедрять элементы государственного планирования экономики. Это нас очень обрадовало. Потому что я считаю, что для России должно быть, как минимум, три пятилетних плана: план развития инфраструктуры, план технологического развития и план индустриализации. В которых четко прописано, чего мы хотим и куда идем, - пообъектно, посубъектно, с ответственными, от каждого уровня принятия решений и со сроками ввода всех объектов, в увязке с бюджетным планированием. И это все должно работать в совокупности как часы.

Планирование индустриального развития должно содержать все строящиеся и планируемые заводы, что позволит аккумулировать финансовые средства для поддержки проектов, которые мы считаем прорывными и приоритетными. Ответственных от федеральных, региональных, муниципальных органов власти и ресурсоснабжающих организаций. Прописать конкретные сроки ввода всех объектов и разбираться в каждом случае, если они затягиваются. Еще это позволит формулировать четкое целевое государственное задание всей системе образования – кого надо готовить как минимум на пятилетнюю перспективу. Сейчас говорят, что все определяет рынок. А что такое рынок? Если мы продаем импортные телефоны и телевизоры в огромных объемах, но сами их не производим, то нам надо всех на продавцов телефонов учить и не готовить инженеров-технологов? А где воля и роль государства, и кто определяет приоритеты? Иностранные компании, производящие и поставляющие нам телефоны и телевизоры? Это же неправильно!

Фото: URA.Ru

Я высказал свое мнение на форуме ОНФ в Москве в начале этого года, вот оно: для одной седьмой части суши, которую представляет собой Россия, все ресурсы ситуативного управления экономикой уже исчерпаны. И чем быстрее мы внедрим плановое управление важнейшими секторами экономики, от которых зависит будущее страны, тем лучше. Это единственный способ освоения, удержания и эффективного развития того, что мы имеем.

- А как вышло, что в Тюмени, в отличие от соседних регионов, ситуация более-менее благополучная? С чем это, по-вашему, связано?

- А тут как Бог дает.

- Что дает Бог? Ума?

- В том числе. Говорят, если Бог хочет наказать, то он, в первую очередь, отнимает разум. В данной ситуации, в том числе и стечение обстоятельств. Правильное руководство, не делающее резких движений там, где они не нужны. Адекватные, с точки зрения социальной устойчивости и здравой консервативности, жители - это же Сибирь. Вовремя принятая программа «Сотрудничество» и иные инструменты, которые позволили часть нефтяных денег не просто закачать, но и направить в нужное время в нужное место. Часть этих денег была потрачена на создание инфраструктуры, поддержку той же индустриализации. Вот все это вместе и позволило Тюменской области быть благополучной.

- Я знаю, что в глазах журналистов из соседних областей Тюмень выглядит феноменом. Здесь никто из коллег по СМИ не говорит плохо про власть – на лентах один позитив. Но так ведь не бывает. Неужели у вас нет ни откатов, ни коррупции, которые «съедают» бюджетные деньги?

- Конечно, есть. И я думаю, что время от времени вы об этом читаете. Говорить, что этого нет – вранье. Просто та же Свердловская область по населению в четыре раза больше, там можно все умножать на четыре. Челябинская – почти в три. И если эти вещи не соотносить, то кажется, что мир вокруг сошел с ума, и это только Свердловская область такая буйная, а у остальных все тихо.

- Вы сказали, что у вас есть компании, которые уводят деньги за границу, не хотят вкладываться в экономику… Можете их назвать?

- Называть не буду, потому что если переводить это в публичную плоскость, то надо заниматься сутяжничеством. Но есть такие компании, и среди них достаточно крупные. Они имеют активы в Тюменской области. С одной стороны, люди считают, что они имеют право продать тут все или выкачать отсюда средства и строить свое будущее за границей. А с другой - сегодня в Болгарии 300 тысяч собственников жилья с российскими паспортами, в Германии - 150 тысяч, в Испании - 200 тысяч, сотни тысяч в Чехии, Финляндии и Прибалтике, и как-то складывается ощущение, что мы, как жители огромной страны, сами не знаем, чего хотим в этой жизни. Разве 300 000 болгар, 150 000 немцев и сотни тысяч чехов вложили соразмерные средства в нашу экономику? Или они не считают себя «гражданами мира», и это исключительно российская прерогатива? Но ведь приезжая из-за границы в Россию, мы начинаем говорить: «Ах, какие у нас ужасные дороги, какая у нас недофинансированная медицина, какие здания вокруг страшные, как у нас тут все ужасно, а вот там!..» А как это все здесь будет развиваться, извините, если вы сами свои деньги выводите туда, и таких, как вы, в год набирается на 100-150 млрд долларов? Развивать экономику такой страны через офшоры - все равно, что носить воду в решете: движений много, а результат крайне низок.

- А что должно случиться, чтобы ситуация изменилась - не всегда же у нас было такое отношение к своей стране?

- Менталитет, восприятие своей страны и своего народа, любовь к Родине. До 1991 года у нас была партийная идеология, потом ее взяли и убрали. Но, если вы едете на машине со скоростью 220 км/ч и резко даете по тормозам, вы просто разобьете ветровое стекло и вылетите вон. А тут весь народ, 220 миллионов человек, были заточены под одно, и вдруг им в одночасье сказали, что эта идеологию исповедовать больше нельзя, а взамен ничего не дали. Вот эту пустоту по инерции и стал заполнять эрзац, в том числе, кстати, при помощи СМИ. Вы ведь тоже рыночная структура, и предлагаете то, что «пипл хавает». А среди такого эрзаца находится место откровенной попсе, бытовухе, пошлости, удовлетворению низменных или примитивных человеческих потребностей, но не находится место патриотизму, реальным вопросам развития гражданского общества или человека, любви к Родине. Вот она и получается у нас недолюбленная, недостроенная, недофинансированная. А мы получаем людей с искаженной системой ценностей либо вообще без таковой…

Вряд ли создание общества потребления, еще и со сбитыми прицелами, может отвечать системе ценностей, развивающих такую большую страну. Взять кредит еще на одну машину, получить ипотеку и провисеть сутки напролет в Интернете, обсуждая джинсы или кондитерское изделие, – это настоящая ценность для российского общества, что ли?

То, что произошло с Крымом, показало, что в такой стране, как Россия, без подъема национального духа не делается ничего масштабного.

– Можно ли сейчас удержать эту ниточку?

- Чтобы страна была, других вариантов нет. Не нами придумано – Россия может или быть великой, или ее не будет вообще. В 30-е годы без денег, без одежды, живя в землянках, люди строили города и заводы. Сейчас, если опустить откровенное нытье, есть практически всё, с точки зрения материальных благ и базовых элементов для развития, но само развитие идет не теми темпами, какими могло бы… Если говорить не только про экономику и планирование, не хватает двух вещей: единства нации и национального духа. С другой стороны, каждый год Крым не повторить. Но надо эти вещи прививать и развивать. Причем, не противопоставляя себя всему миру (это ошибка, и заведение самого себя в угол), а вытаскивая лучшие качества нации и развивая их. Либо понять, как это происходило ранее, и строить уже новые диалоги. Самостоятельно.

Я знаю, что если мы будем едины и будем верить в себя, Россию никто не остановит.

– Как вы относитесь к новым трендам в отношениях России с Китаем?

– Я нормально отношусь к сближению с Китаем, считаю, что это неизбежно. Долгое время был абсолютно обратный тренд: мы лезли в Европу и просили безвизовое пространство, нас же там в лицо тыкали нашей нецивилизованностью и учили жить. Возможно, это объяснимо с точки зрения отдельных состоятельных господ, но то, что сейчас произошло - я не только про Китай, -показывает людям, которые не знают российскую историю и не видели наш герб - у российского орла две головы: одна смотрит на Запад, другая – на Восток. И ни одна голова не больше и не значимей другой, а если одна голова перевешивает другую, то получается черт-те что. При такой территории сгрудиться всем в масштабах Садового кольца в попытке во что бы то ни стало присоединиться к Европе не получится. Ну ладно – из Москвы или Питера до Европы близко, а нам-то куда? К тому же Украина показала, как бывает с теми, кто чересчур увлечен данным процессом. Надо ценить самих себя, свою историю. Россия - это отдельный мир, это цивилизация, которая не нуждается в какой-либо европейской или иной верификации. Сибирь и Дальний Восток – по территории, ресурсам, перспективе определяют будущее развитие страны. Президент это отмечал неоднократно в своих последних посланиях, ни к чему повторять.

Фото: URA.Ru

Потому то, что происходит с Китаем, - это в целом неплохо, только нужно строить отношения, не повторяя тех ошибок, которые мы сделали в отношениях с Западом. В 90-е отдались и ждали, что нам что-то будет взамен, а нам в итоге напинали и сказали, что у нас порода не та. С китайцами надо работать очень обстоятельно. Их менталитет тонок, формировался тысячелетиями, в своей, закрытой культуре и совершенно не похож на наш. Если так же глупо все отдать, то можно опять сесть в лужу. Самим надо все делать, находясь в полном равновесии по отношению и к Востоку, и к Западу.

- Некоторые губернаторы уже заявили о намерении отдать китайцам часть земель. Такими темпами мы скоро все можем приобрести монголоидные черты лица.

- Мне сложно судить о природе таких высказываний, поскольку не знаю весь контекст, но я придерживаюсь несколько иной точки зрения. Нужно больше верить в себя и свой народ. Да, далеко не все хотят работать, как китайцы. Да, много отрицательного наш менталитет приобрел за последний период. Но земли наши завоевывали, осваивали и развивали наши предки, а потому и пользоваться плодами этих трудов должны наши потомки. Конечно же, не почивая на лаврах, а внося вклад в это развитие. Нужно анализировать свою же историю, столыпинский опыт при освоении востока империи, тщательно анализировать. Лев Толстой сказал: «Граница породила казачество, а казаки создали Россию». На 1916 год вдоль границ Российской империи было 11 казачьих войск, в которых числилось почти пяти миллионов человек. У нас сейчас вдоль границы с Китаем и Казахстаном тысячи километров слабозаселенных территорий и миллионы гектаров залежных и невостребованных земель. Их вклад в экономику страны сейчас нулевой. Разделите ее, только не по одному, а по 100-300 гектаров в одни руки, с предоставлением ее по стоимости регистрационного сбора любому гражданину России, кто согласен к переезду и ведению на ней хозяйственной деятельности. После того как в течение 10 лет человек вложит в нее не менее миллиона своих рублей – бесплатно передавать в собственность. На этот же период нужно освободить таких переселенцев от НДФЛ. Внести изменения в 131-й ФЗ в части создания отдельных административно-территориальных делений с элементами казачьего самоуправления. Передать им на основании соглашения с ФСБ охрану участков границы в местах создаваемых поселений и на основании соглашения с Минобороны – легкое стрелковое вооружение. Уверен, что такие люди будут защищать границу, на которой твоя родная земля с твоей семьей и домом, уж точно не менее добросовестно, чем срочник из Москвы или Петербурга, который попал туда на семь-девять месяцев службы.

- Но были же эксперименты с возрождением российского казачества, и они вылились в спорный результат.

- Из любого доброго дела можно сделать карикатуру. Казаки всегда представляли собой самую сплоченную и самую боеспособную часть русского народа. И если уничтожением казачества занимался Троцкий, а возрождением, в статусе заместителя руководителя Совета безопасности, Березовский, то какого результата от участия таких одиозных фигур вы ждете?

Вокруг этого вопроса много откровенных спекуляций и перекосов. Даже в советское время в силу закона носить холодное оружие житель Кавказа мог беспрепятственно, так как это считалось национальной традицией и элементом национальной культуры. А если у казака найдут шашку, без которой его представить невозможно, – верный приговор.

Фото: Pixabay

Там же, на Кавказе, в начале 90-х вооружение целой армии любезно оставили в распоряжение террористов, а на просьбу казаков, после Буденновска, вооружить их, чтобы они могли защитить от них свои дома и семьи, господин Березовский им цинично отказал.

При этом, разве вы можете утверждать, что русские менее толерантны или терпимы к другим народам, чем жители кавказских или азиатских республик? Если нет и перед законом все равны, тогда нужно восстанавливать историческую справедливость не кусками, а комплексно, уважая всех.

Потому мое мнение - прежде чем раздавать землю китайцам, нужно подумать о том, что мы сами, с точки зрения долгосрочной государственной политики, еще не сделали или сделали не так, чтобы наши граждане могли ее освоить и заселить?

А если уж не терпится получить иностранных участников данного процесса - есть более адаптированные исторические параллели. Так, с XVIII по XX век в Россию въехало более двух миллионов немцев. Они по духу, вере и культуре нам точно ближе, чем китайцы. Их хутора создавали островки, вокруг которых потом быстро развивались и русские поселения. Межнациональные противоречия были минимальны - сплошь и рядом были смешанные браки и ассимиляция, а польза для экономики, технологического роста и культуры производства –очевидна. К тому же через одно-два поколение эти люди становились по существу такими же русскими, как и мы с вами. Они так же пахали эту землю и умирали в войнах за нее, как за свою. Их и сейчас при переезде в Германию считают русскими, несмотря на немецкие корни. Сейчас в Германии стоимость земли несопоставимо выше, а размеры земельных наделов - многократно ниже, чем на слабозаселенных территориях Российской Федерации. Плотная населенность, граничащая с перенаселением. Наверняка среди местных найдется немало желающих сменить место жительства и получить надел земли по нашим ценам, если им сохранят немецкое гражданство и предоставят российское. Подъемные и субсидии пусть платит немецкий бюджет –там содержание и поддержка фермера или предпринимателя кратно дороже, чем у нас. Политика Российской империи заключалась в том, чтобы селить таких людей подальше от западной границы, во избежание создания анклавов, и быстро их ассимилировать, не давая привилегий перед местным населением, чтобы не вызывать раздражение. Потому, если выбирать из двух вариантов, кем заселять отдаленные территории России - китайцами или русскими, - я, безусловно, выберу русских. Если определять, кто может более эффективно и безопасно помочь нам в этом процессе - немцы или китайцы, – я уверен, что немцы. Наши ресурсы и широта простора всегда хорошо дополнялись их умением считать и грамотно использовать. То, что сейчас не самая простая ситуация в отношениях, можно использовать во благо. Это как в тех же восточных единоборствах хочешь выиграть - используй ресурс соперника себе на пользу, делай неожиданный шаг. К тому же у Европы сегодня потребность в кардинальных решениях не меньшая, чем у нас.

– Про упущенную выгоду в сельском хозяйстве, пока эти земли не используются, лучше даже не вспоминать.

– В силу рабочей специфики нередко приходится бывать в других субъектах, пересекая их вдоль и поперек. Очень грустно, когда за время такой поездки, проезжая расстояния размером со среднеевропейскую страну, на бескрайних полях не увидишь ни одной коровы. И вся инфраструктура – дороги, дома культуры, все это еще с советских времен, и все доживает свой век. Глядя на это, понимаешь, что нефти на всех не хватит, а к инновациям Господь приспособил далеко не всех. Так отчего же не сделать безусловным приоритетом то, что обусловлено нашими территориями, историей, географией или климатом? К тому же этот ресурс бесконечен и возобновим. Ведь когда понимаешь, что это миллионы неиспользованных гектаров, не произведенные миллионы тонн мяса, зерна, молочной продукции и сотни миллиардов не полученных жителями и бюджетами рублей, то на душе становится не очень весело.

Фото: Pixabay

- Многие предприниматели жалуются, что вкладываться в сельское хозяйство в России очень рискованно. Если бы вы задумались о создании своего бизнеса, решились бы связать его с землей? И как осваивать такие просторы?

- Разумеется, заниматься нужно тем, к чему лежит душа. Мне, к примеру, нравится история или археология, но это не бизнес, если, конечно, не приводить совсем непотребные примеры. Но земля – это тоже интересно. Картина земли, травы и цветов вызывает умиротворение у любого нормального человека. На мой взгляд, наши территориальные водные и земельные ресурсы в совокупности с нашей изобретательностью, при условии их правильного использования, способны дать огромный потенциал для капитализации и роста нашей экономики. Причем как для развития частного бизнеса, так и для страны в целом.

Напротив, нелепая урбанистика в панельно-советском исполнении мало у кого вызывает позитив. Я считаю, что для такой страны, как Россия, с ее территорией загонять население в дома высотой в 15-20 этажей – это тупиковый путь развития.

За многими высотными мегаполисами большого будущего нет. Во-первых, некуда расти и расширяться, а во-вторых, как ни странно, при наших территориях затраты на такое расширение у нас крайне высоки. Плюс ЖКХ с его проблемами. Расселяясь горизонтально, в один-два этажа, вы тем самым предоставляете людям самим ответственность за свою жизнь, делая их самостоятельными в выборе коммунальных решений, формируя из них хозяев своей жизни. Чем больше таких хозяев - тем богаче страна, и наоборот. В нашей стране с ее размерами ожидать, что государство благоустроит каждый уголок - это иллюзия. Поговорка Марка Твена про одноэтажную Америку в этом смысле не меньше применима к России. К сожалению, из-за сиюминутной выгоды могут приниматься решения без видения долгосрочной перспективы. С одной стороны, мы хотим, чтобы демография улучшалась и призываем людей больше рожать. С другой - весь исторический опыт человечества свидетельствует о том, что многоэтажное жилье с малогабаритными квартирами, купленными в долг, рождаемость в больших объемах стимулировать не будет. В отличие от того же домовладения со своей землей, где можно строиться и расширяться, где ты сам себе хозяин и веришь в свой завтрашний день, потому что сам его во многом и формируешь.

Мое ощущение - что в недалеком будущем и развитие экономики должно смещаться от сугубо отраслевого принципа к более комплексному, территориально-отраслевому, когда все отраслевые и локальные программы складываются в единую программу развития страны, дополняя друг друга. Иных вариантов развивать такую территорию поступательно и эффективно у нас нет.

– У вас есть универсальный рецепт, что делать и как вести себя в кризис?

– Если уж совсем ничего непонятно, поступай просто - строй дороги. Мосты, дороги, развязки, Транссиб, который, если быть до конца честными, нам еще от царского режима достался, аэропорты и хабы. И у тебя начнет развиваться металлургия, потому что потребуются миллионы тонн металлоконструкций, машиностроение, наука и изобретения, потому что понадобятся сотни тысяч новых единиц техники и оборудования, куча смежных производств и миллионы новых рабочих мест - все то, что поручил президент.

Это в Европе или США, когда приходит кризис, возникает вопрос: резервов нет, а есть госдолг, инфраструктура вся сделана на отлично, что делать-то? В России все гораздо проще. Почти полтриллиона долларов резервов, нет половины дорог, а часть дорог – лишь направления, что делать? И когда умные эксперты спрашивают, что делать, какой может быть ответ?..

Фото: URA.Ru

- Стройте дороги! Восьмиполосный автобан Москва-Владивосток с бетонной подушкой, как в Германии и как сейчас в Казахстане делают. Такой мегапроект всю страну лет на 10-15 обеспечит работой и экономику поднимет. И хотя бы одну российскую проблему решит. Проект модернизации Транссиба, чтобы поезда ходили со скоростью не 50, а 150-200 км в час, – нам же выживать нужно в глобальной конкуренции за потоки товаров и пассажиров, а это сейчас определяют время и скорость. Не хватает имеющихся резервов? Давайте разделим инфраструктуру на две части. Первая – та, которая имеет коммерческую составляющую, вторая - которая не имеет. Та, что не имеет окупаемости, финансируется бюджетом и резервными фондами. Под ту, что имеет коммерческую составляющую, выпускать долгосрочные гособлигации внутреннего займа, используя, кстати, советский опыт, и привлекать средства пенсионных фондов. Это же даст понижение привлекательности валютных накоплений граждан и предприятий, через которые мы уже десятки триллионов своих рублей «вморозили» в развитие экономик других стран.

- Вот вы лучше меня знаете, насколько несовершенна, а местами ужасна система, и тем не менее находитесь в чиновничьем кресле. Думаете, сможете что-то изменить?

- Не согласен с вами. Во-первых, все познается в сравнении. Пятнадцать лет назад страна стояла на грани развала и деградации. Сделан очень большой скачок во многих сферах. Да, путь, наверное, прошли не без ошибок. Возможно, что-то надо было делать по-иному, но кто в этом мире без греха? Не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Переживать за страну на страницах Твиттера и Фейсбука, ничего при этом самому не делая, - это инфантилизм. Возьми и сделай то немногое, что можешь – руками или головой. Сделай это лучше, чем те, кем ты недоволен. У Михалкова по этому поводу в фильме «Солнечный удар» есть замечательный, но запоздалый монолог-откровение офицера в трюме баржи, перед тем как ее затопили. Надо оставить иллюзии, что кто-то другой за нас на нашей земле должен сделать нашу работу. К тому же замечал закономерность, что тот всегда и всюду недоволен, всех критикует, в том числе в Интернете, в действительности сам ничего в своей жизни не создал.

Систему, в том числе государственную, составляют люди. Все они производные от единой матрицы-общества. Потому, если с системой что-то не так, ответ надо искать не в поиске плохих чиновников, военных, милиционеров, учителей или инженеров, делая крайней за все беды одну из категорий. Менять надо что-то «в консерватории», потому что, как я сказал, состояние любой из этих систем почти зеркально отражает состояние самого общества на данный момент.

Опыт революций 1917 и 1991 годов показал, что развал системы дает только увеличение хаоса, деградацию и жертвы. А значит, настоящие перемены к лучшему возможны исключительно через эволюцию, путем накопления критической массы людей и действий, создающих позитивные изменения.

Видеокадры с места пожара у аэропорта Минвод

Зеленский подписал закон об увеличении штрафов за нарушения воинского учета

Путин на вопрос о мирных переговорах ответил словами «нас не приглашают»

Пол Маккартни первым среди британских музыкантлв вошел в список миллиардеров

Терминалы Starlink, которые применяют ВСУ, вышли из строя

Минобороны опубликовало видеокадры с уничтожением безэкипажных катеров ВСУ

Как в России и других странах потребляют и производят вино. Инфографика

Чемезов оценил сравнение сегодняшней ситуации с серединой 1980-х. Видео

Боррель пообещал, что ЕС не признает независимость Тайваня

Президент Сербии Вучич процитировал маршала Жукова

Во что инвестирует герой «Игры на понижение»? Сделки Майкла Бьюрри

Российский автомобиль «Атом» вывели на открытые тесты. Фото

В Москве не будут строить слишком маленькое жилье. Что это значит

Какая обувь опасна для здоровья. Карточки

Авторы
Теги

Недвижимость

Для сдачи в аренду

получать пассивный доход

Для продажи

сохранить сбережения

На будущее

сформировать наследство

Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Курс евро на 18 мая
EUR ЦБ: 98,78 (-0,12)
Инвестиции, 17 мая, 16:35
Курс доллара на 18 мая
USD ЦБ: 90,99 (+0,06)
Инвестиции, 17 мая, 16:35
Все новости Тюмень
В Белгороде вновь прогремели взрывы после объявления ракетной опасности Политика, 23:00
Сальдо сообщил о ранении двух человек при обстреле в Херсонской области Политика, 22:57
Минсельхоз исключил нехватку кисломолочной продукции Экономика, 22:35
Минобороны заявило об уничтожении «Точки-У» над Белгородской областью Политика, 22:25
Bloomberg объяснил рекордный рост фондовых рынков по всему миру Финансы, 22:23
ЕС ужесточил требования к ввозу домашних животных из России и Белоруссии Общество, 21:58
В Кремле сообщили о подготовке визита Путина в Северную Корею Политика, 21:54
Онлайн-курс Digital MBA от РБК
Объединили экспертизу профессоров MBA из Гарварда, MIT, INSEAD и опыт передовых ИТ-компаний
Оставить заявку
Пострадавшим от паводка в Оренбургской области выплатили ₽7 млрд Общество, 21:36
Как прошла велогонка «Садовое кольцо». Фоторепортаж Спорт, 21:35 
Испанский тренер продолжит возглавлять «Сочи» после вылета из РПЛ Спорт, 21:29
В Чечне назвали мошенниками тех, кто помог девушке сбежать от родни Общество, 21:27
В Белгороде прогремели взрывы после объявления ракетной опасности Политика, 21:20
Россия отправила в Китай первый «Мясной шаттл» Бизнес, 21:15
«Краснодар» отправил «Сочи» в Первую лигу и сохранил шансы на чемпионство Спорт, 20:59